Особенно запомнилось им эссе из «Ридерз дайджест», в котором рассказывалось о силе молитвы. Один из абзацев, казалось, имел отношение именно к такой ситуации, в какую попали летчики в Гренландии. Автор считал, что молитва – единственная в мире сила, способная победить законы природы. Те случаи, когда она ярко проявляла себя подобным образом, люди обычно именовали чудесами.
Но куда чаще случаются более тихие и незаметные чудеса: среди повседневной жизни люди в глубине своей души вдруг ощущают, что получили поддержку и снова обрели надежду для продолжения борьбы. Эти строки согрели сердца троих летчиков, и потом они много раз возвращались к этому эссе и перечитывали его снова и снова.
В один из ясных дней «Папа Тернер» доставил посылки, а заодно сообщил, что Бернт Бальхен и Барни Данлоп собираются предпринять еще одну попытку вывезти потерпевших крушение с помощью «Каталины». Спасатели планировали совершить посадку недалеко от опустевшего теперь «лагеря у мотосаней», а затем на собачьих упряжках пробраться через изрезанные трещинами снежные поля к Монтеверде и его товарищам, чтобы вызволить их из ледяного плена и отправить на PBY «Каталине» на базу «Блюи Ист-2».
Правда, эти планы пришлось опять отложить, потому что несколько недель бушевала непогода. Резко похолодало, ветер достигал пятидесяти метров в секунду. Не только спасательная операция, но и вылеты самолетов для доставки продуктов и всего необходимого пришлось прекратить. Команде потерпевшего крушение «PN9E» пришлось расходовать имеющиеся запасы. Покидать пещеру они не решались и даже почти не вылезали из спальных мешков. Еду не готовили и даже не разогревали, а питались в основном шоколадными батончиками. Свечи кончились, спальные мешки насквозь промерзли.
Наконец, Тернер появился снова. Он рассказал, что на базе некоторые служащие были уверены, что гренландская погода, скорее всего, доконала выживших летчиков. Такая откровенность могла показаться жестокой, но командир «В-17» хотел тем самым показать, что стойкость зимующей среди льдов троицы достойна удивления и восхищения. Упорные летчики были вознаграждены несколькими гигантскими банками клубничного джема, по которому так скучал Пол Спина. Им прислали также новые спальные мешки, надувные матрасы и бутылку виски. В этот раз Пол пил драгоценный напиток мелкими глотками, по чуть-чуть.
17 марта 1943 года руководство «Блюи Ист-2» решило, что погода достаточно устойчива для того, чтобы снова попробовать посадить «Дамбо» на лед.
Кроме Бальхена и Данлопа в команду вошли опытные спасатели капитан Хэролд Стронг и сержанты Джозеф Хили и Хендрик Доллман по прозвищу «Голландец», которым не раз доводилось работать на ледниках.
Хили вырос в Бостоне в поселении Дорчестер, где в основном жили выходцы из Ирландии. Это был высокий и сильный парень. Еще будучи совсем молодым человеком, он ходил вторым помощником на грузовом судне «Джейкоб Рупперт», принимавшем участие в антарктической экспедиции 1933–1935 годов под командованием адмирала Берда. В 1939–1941 годах Хили снова был в полярной команде Берда, на этот раз управляя собачьей упряжкой. За участие в этой экспедиции он получил очень необычную награду: на восточном побережье Антарктиды, в северной части района, именуемого Землей Палмера, в одном заливе небольшую скалу назвали мысом Хили.
За полгода до Перл-Харбора Хили покинул команду Берда и поступил на службу в американскую армию в качестве инструктора по подготовке ездовых собак.
Его товарищ Хендрик Доллман родился в Нидерландах и иммигрировал в США с родителями. Детство он провел в городе Манчестер в штате Нью-Гемпшир. Потом пошел в армию и, будучи военным, участвовал в научной экспедиции, изучавшей пингвинов в Антарктиде. В 1943 году этому невысокому худощавому мужчине должно было исполниться тридцать семь. В честь него тоже был назван малоизвестный кусочек земли – покрытый вечными льдами остров Доллмана размером в двадцать километров в восточной части Земли Палмера. После службы в Антарктиде Доллмана командировали в Гренландию.
Но самой удивительной была судьба сорокалетнего Хэролда Стронга. Он был уроженцем городка Глостер в штате Массачусетс, в 1924 году закончил Принстонский университет, а затем два года изучал архитектуру в Европе. После этого Хэролд вернулся в Штаты и играл на бирже. Ему удалось неплохо заработать и, что главное, вовремя выйти из игры: в 1929 году разразилась Великая депрессия. Денег у него в то время было вдоволь, и он вместе с другом отправился на Аляску, где два года пас северных оленей. Потом Стронг вернулся ненадолго домой, оценил последствия экономического спада и тут же отправился с тем же товарищем обратно на Аляску. Там они еще пять лет, до 1930-го, проработали в качестве торговцев мехами. Они разъезжали на собачьих упряжках по огромной территории протяженностью в две тысячи километров и закупали у охотников-эскимосов лисьи шкурки.
В 1930-е Стронг некоторое время обитал и работал в Техасе. Однако спокойная гражданская жизнь ему быстро наскучила. Он вернулся к военной службе, поступив в ВВС США в 1942 году. Благодаря обширному экспедиционному опыту его включили в арктическую поисково-спасательную команду, базирующуюся в Гренландии. Хэролд был мускулистым, загорелым, высоким мужчиной с тяжелым квадратным подбородком. Его мощная фигура была заметна издалека, когда он разъезжал вокруг «Блюи Вест-1» на джипе, который тянула упряжка хаски. Рядом трусил его личный «ординарец» – огромный черный ньюфаундленд, нагруженный сумками с походным обедом хозяина и револьвером 38-го калибра в кожаной кобуре.
Стартовав с базы «Блюи Ист-2», Барни Данлоп взял курс на юг. Он планировал посадить PBY «Каталину» метрах в ста правее от бывшего «лагеря у застрявших мотосаней». На высоте в несколько тысяч метров над Гренландией погода была ясной, но, снижаясь, машина попала в плотный поток подгоняемых ветром снежинок. Бальхен потом описывал это так: «Видимость составляла не более пятнадцати метров, мутная снежная пелена застилала все вокруг и была настолько густой, что мы не видели даже кончиков поплавков “Дамбо”».
Данлоп с трудом посадил самолет примерно в пятистах метрах от намеченной точки. Он выгрузил сани, собак и спасателей со снаряжением. Перед тем, как отправиться к месту крушения «PN9E», команда раскачала «Дамбо», «оторвав» его от ледника, к которому он почти мгновенно примерз. Данлоп поднялся в воздух и направился обратно на базу. Ветровое стекло было заковано инеем, ветер кидал машину из стороны в сторону, как игрушку, так что пилоту приходилось надеяться на чудо, чтобы благополучно добраться до аэродрома. Но на высоте погода снова прояснилась, так что он вернулся без дальнейших приключений.
Стронг, Доллман и Хили до темноты преодолели лишь часть пути. Пройдя около десяти километров, они заночевали прямо на леднике. А на следующее утро прилетел «В-17» Тернера и «вел» спасателей на собачьих упряжках до места крушения.
Монтеверде, Спину и Беста заранее предупредили по рации, что помощь уже близко.
Через узкий туннель-выход они выбрались из своего жилища и зажгли большой масляный факел, чтобы он служил поисковой команде дополнительным маяком.
Они сварили побольше кофе и приготовили сэндвичи с ветчиной, будто ждали соседей к обеду. Трое летчиков неотрывно смотрели в сторону горизонта. Снег и лед слепили глаза, и различить приближающихся спасателей было трудно. Но вот вдали появились черные точки, которые постепенно росли в размерах. Потерпевшие бедствие ждали и нервничали: нетерпение нарастало, часы утекали, а упряжка, казалось, все никак не приближалась. Спасателям действительно приходилось продвигаться вперед очень медленно, обходя трещины и время от времени вручную поднимая на крутые заструги свои сани. Несколько раз те переворачивались или застревали в сугробах. Уставшие и выбившиеся из сил люди откапывали их и двигались дальше.
Особо тяготившийся ожиданием Спина забрался на переднюю часть развалившегося бомбардировщика, откуда обзор был лучше. Неожиданно краем глаза он заметил банку сгущенки, валявшуюся метрах в пятнадцати от носовой части самолета. Машинально он слез со своего возвышения и двинулся к ней. Добравшись до цели, он остановился, потому что заметил небольшую трещину во льду. Как зачарованный, Пол уставился на нее: откуда-то из глубины исходило голубовато-зеленое сияние, похожее на блеск драгоценного камня. Монтеверде окрикнул друга, и сказал, тот стоит на тонких ледяных мостках, покрывающих расселину. Если лед проломится, Спина сможет поближе познакомиться с волшебным сиянием. Но любоваться ему предстоит недолго, ибо смерть будет скорой. Напуганный Спина осторожно пошел обратно и благополучно добрался до пещеры. Там на него напустился Бест, упрекая в том, что тот легкомысленно собирался рискнуть жизнью ради спасения банки молока, пусть и очень ценного в их положении.
